Двадцать лет
назад Европейский суд пришел
в Россию
Пятого мая 1998 года Россия признала юрисдикцию Европейского суда по правам человека и добровольно взяла на себя ответственность исполнять судебные решения.архитектуру судов как воплощение принципов правосудия.
В новом исследовании мы хотим показать,
как по-разному наша страна исполняла постановления Европейского суда и через это — каково реальное значение Европейского суда в российском правоприменительном процессе.
Комментируют эксперты
«Решения о подписании Конвенции, которое было принято Госдумой в 1988 году (в то время в Госдуме находились представители нравственной и интеллектуальной элиты страны), было очень продуманным и ответственным. Россия сознательно в течение многих лет к нему шла. На момент подписания Россия выполнила практически все требования резолюции, вплоть до прекращения войны в Чечне. Но с 2000 года произошли серьезные изменения в политическом векторе России, которые стали более заметны к третьему сроку президента Путина. Изменилась политическая воля».
Каринна Москаленко,
российский адвокат, руководитель Центра содействия международной защите
«События в стране развиваются в соответствии с внутренней динамикой, ЕСПЧ на эти процессы повлиять, увы, не может. Вместе с тем для многих Европейский суд — единственное средство защиты, причем как для родственников жертв насильственных исчезновений в Чечне, так и для демонстрантов».
Кирилл Коротеев,
юридический директор Правозащитного центра «Мемориал»
«В практике Суда все дела прецедентные. Но выделяются так называемые ведущие прецеденты (leading cases) по узловым проблемам. Для России это дело Бурдова (неисполнение судебных решений), дела Калашникова и Ананьева (условия содержания в СИЗО), дело Рябых (надзор) и немало других. Эти дела стали общеевропейскими прецедентами, на которые Суд ссылается в постановлениях по другим странам».
Анатолий Ковлер, судья Европейского суда по правам человека с 1998 по 2012 год, профессор
«Российские граждане абсолютно разочарованы в национальном судопроизводстве. Ждать от российских судов справедливости и правосудия не приходится. И поэтому сегодня практически каждый россиянин держит в уме возможность обратиться в Европейский суд. Общим заблуждением является то, что в Европейский суд можно обратиться, чтобы отменить решение национального суда. К сожалению, это невозможно. Европейский суд является субсидиарной, дополнительной мерой по защите прав человека».
Каринна Москаленко,
российский адвокат, руководитель Центра содействия международной защите

Над текстом работали Ани Агагюлян, Ксения Гагай
Иллюстрации: www.flickr.com
Проект фонда «Общественный вердикт»
Общественный вердикт — некоммерческая организация, оказывающая правовую помощь по защите прав человека гражданам, пострадавшим от неправомерных действий российских правоохранительных органов.

СОЦСЕТИ
Фонд «Общественный вердикт» защищает права и свободы человека. Граждане уязвимы, когда вынужденно сталкиваются с правоохранительными органами, а те не ограничивают себя нормами закона. Это ситуации произвольных задержаний, избиений, пыток. Мы помогаем людям пережить произошедшее и вернуться к нормальной жизни, вместе с ними добиваемся справедливости. Каждое дело, доведенное до суда, — акт гражданского контроля за правоохранителями, а следовательно, шаг в сторону реформ и воплощения принципов соблюдения прав человека в полиции, следствии и суде.В 2011-2012 годах в России новые законы ограничили право на свободу собраний и объединений. Были введены серьезные санкции — арест, уголовное преследование, штрафы, — за участие в мирных публичных мероприятиях, не санкционированных властями. Принудительное внесение в реестр «иностранных агентов» в сочетании с подлыми информационными кампаниями и непомерными штрафами усилило давление на российское гражданское общество и это стало частью повседневности. В 2012 году мы открыли новую программу и стали защищать активистов и гражданские организации. На нашем счету помощь нескольким сотням активистов и нескольким десяткам НКО, включая нас самих, кто был принудительно включен в «реестр НКО, выполняющих функции иностранных агентов». Мы будем продолжать эту работу и дальше, поскольку убеждены, что правовое общество возможно только там, где уважаются и соблюдаются фундаментальные права и свободы.