Законодательным собранием г. Санкт-Петербурга подготовлен законопроект о внесении изменений в уголовное законодательство.

Единственное изменение, вносимое законопроектом, снижение минимального возраста уголовной ответственности на один год — с 14 до 13 лет. Никакие иные нормы уголовного или вообще какого-либо законодательства изменять не планируется.

В настоящее время в России по общему правилу возраст уголовной ответственности — 16 лет. Однако из этого правила есть исключения, причем в обе стороны. Например, по статье 134 Уголовного кодекса (УК РФ) — «Половое сношение и иные действия сексуального характера с лицом, не достигшим шестнадцатилетнего возраста» — ответственность наступает с 18 лет. Также по некоторым преступлениям, которые законодатель, видимо, считает особенно опасными, а их преступность особенно очевидной (кража, грабеж, убийство, околотеррористические преступления и т.д.), уголовная ответственность наступает с 14 лет.

Чтобы понять, хорошо или плохо предлагаемое нововведение, стоит обратиться к зарубежному и историческому опыту — благо люди во всем мире примерно сходны, примерно в одном возрасте осознают, «что такое хорошо и что такое плохо», начинают понимать значение своих действий и руководить ими.

Законодательство Российской империи устанавливало низшей границей возраста уголовной ответственности 10 лет.

Декретом СНК РСФСР «О комиссиях для несовершеннолетних» от 14 января 1918 г. был установлен возраст уголовной ответственности 17 лет. Однако, судя по всему, практика показала ошибочность этого решения и уже в декабре 1919 года Руководящие начала по уголовному праву РСФСР установили возраст уголовной ответственности 14 лет.

Такая ситуация сохранялась до 1935 г., когда возраст уголовной ответственности был снижен до 12 лет. Тогда снижение возраста уголовной ответственности официально обосновывалось необходимостью «быстрейшей ликвидации преступности среди несовершеннолетних». В 1961 г. с принятием нового УК РСФСР возраст уголовной ответственности вновь был установлен с 14 лет и такая ситуация сохраняется по сей день.

Если посмотреть на другие современные страны, то низшая граница возраста уголовной ответственности колеблется по большей части между 12 и 14 годами. Среди стран, в которых возраст уголовной ответственности ниже 14 лет, находятся Израиль (12 лет), США (в зависимости от штата ситуация различается, однако, минимальный возраст ответственности, установленный на федеральном уровне, то есть за федеральные преступления, составляет 11 лет), Великобритания (12 лет в Шотландии и 10 — на остальной территории), Бельгия (12).

Таким образом, само по себе снижение возраста уголовной ответственности с 14 до 13 лет не является чем-то очевидно и безусловно абсурдным и недопустимым.

Вместе с тем против него есть и некоторые возражения.

Право представляет собой систему взаимосвязанных норм. Уголовное право не существует само по себе, в отрыве от иных отраслей права — напротив, все отрасли права (по крайней мере, в теории) представляют собой отражение представления законодателя о реальности.

И тут (в случае принятия законопроекта в его нынешнем виде) мы сможем обнаружить, что видение реальности российским законодателем противоречиво.

Так, гражданское законодательство считает человека хоть сколько-нибудь дееспособным с 14 лет. До 14 лет гражданин может лишь совершать мелкие бытовые сделки и не вправе распоряжаться даже своим доходом, если таковой каким-то образом имеется. То есть законодатель считает 13-летнего гражданина недостаточно зрелым и разумным, чтобы заключать сделки, распоряжаться своим имуществом и доходом. По меньшей мере странно было бы одновременно считать его достаточно зрелым и разумным, чтобы нести уголовную ответственность и отвечать за свои поступки своей свободой — хотя бы и на небольшой срок.

Кроме того, сомнительно обоснование законопроекта, изложенное в пояснительной записке.

Так, инициаторы законопроекта ссылаются на то, что «по данным Следственного комитета…, в 2025 году общее число преступлений, совершенных подростками, увеличилось на 18%, а также в 2025 году в суды было передано 5,5 тыс. уголовных дел, что на 8% больше, чем в 2024 году».
Фактически, это единственный довод в обоснование законопроекта, касающийся криминальной статистики и правоприменения.

Такое обоснование выглядит сомнительным.

Так, статистические данные Следственного Комитета (СК РФ) за 2025 год (так же, как и за предыдущие) на сайте СК РФ отсутствуют. То есть утверждение о росте числа такого рода дел в производстве СК РФ непроверяемо и потому сомнительно.

К счастью, относительно состояния преступности имеется открытая статистика МВД России. В отличие от данных СК РФ, на которые ссылаются авторы законопроекта, статистика МВД сводная, охватывает сведения не только по одному ведомству, а по зарегистрированным преступлениям вообще.

На момент написания этого текста данные за декабрь 2025 г. ещё не опубликованы, поэтому были взяты сведения за январь-ноябрь 2025 года. Чтобы сравнивать подобное с подобным, эти данные сопоставлялись с данными за аналогичный период 2015-2024 годов.

Можно видеть, что устрашающего скачкообразного роста числа преступлений, совершенных несовершеннолетними, не наблюдается — лишь некоторый рост после предшествующего значительного снижения.

Неясно также, почему авторами законопроекта взяты данные только Следственного комитета, хотя законопроект предлагает снизить возраст уголовной ответственности не только по преступлениям, подследственным СК РФ.

Также в пояснительной записке инициаторы законопроекта предлагают скорректировать «системные дефекты в сферах образования и государственной молодежной политики» через «концепцию образовательной сублимации, предполагающую целенаправленную трансформацию потенциально деструктивной или пассивной энергии социальной и возрастной активности подрастающего поколения в социально полезные, созидательные формы деятельности, гражданского участия и личностного развития».

Возможно, что такие дефекты и в самом деле имеются, и их действительно можно и нужно скорректировать. Однако, как уже упоминалось выше, единственное изменение, предлагаемое законопроектом — это снижение возраста уголовной ответственности. Едва ли это изменение можно назвать описанной выше «концепцией».

Вообще обоснование законопроекта, изложенное в пояснительной записке, слабо соотносится с существом законопроекта. Фактически единственный довод, соотносящийся с законопроектом — это уже рассмотренный выше довод про рост подростковой преступности. Остальные доводы, будь они состоятельны или нет, просто не относятся к законопроекту. Такое впечатление, что их вписали в пояснительную записку исключительно для объема. Точно так же предлагаемое изменение изложено так, чтобы при прочтении законопроекта объем изменений был неочевиден.

Так, законопроект сводится к замене в части 2 ст. 20 УК РФ слова «четырнадцатилетнего» на «тринадцатилетнего». Обычно такие изменения прописываются в законе примерно, как «заменить слово Х на слово У». Но в данном случае в законопроекте почему-то отражена вся изменяемая часть статьи, примерно с полстраницы печатного текста.

Как упоминалось выше, 14-летний возраст уголовной ответственности установлен законодателем по преступлениям, которые (вероятно), сочтены законодателем наиболее опасными и одновременно преступность и общественная опасность которых наиболее очевидна даже для ребенка.

В случаях с такими преступлениями, как убийство, причинение тяжкого вреда здоровью, изнасилование, разбой вряд ли могут быть сомнения в том, что в 14 лет ребенок осознает общественную опасность и преступность этих деяний. Скорее он осознает их гораздо раньше.

В то же время среди преступлений, по которым в настоящее время установлена ответственность с 14 лет, находятся такие как, например, несообщение о преступлении (ст. 205.6 УК РФ), заведомо ложное сообщение об акте терроризма (ст. 207 УК РФ). Это нанесильственные преступления, они не направлены на конкретное лицо или материальный объект. Как следствие — их общественная опасность не так наглядна и очевидна, как в случае с, например, убийством.

В случае с данными составами преступления ребенок вполне может не осознавать их преступность («я ничего плохого не делал», «я просто пошутил» — хотя именно в бездействии и сообщении ложной информации и состоит объективная сторона этих преступлений). Поэтому ещё больше снижать возраст уголовной ответственности по таким составам преступления представляется очень сомнительной идеей.