«Успехов вам, вы делаете важное дело, примите искреннее уважение».

«Я старалась отвечать честно, поэтому некоторые мои ответы кажутся ужасными даже мне самой, но для чистоты эксперимента я считала нужным представить человека, который лично мне кажется неприятным и опасным для общества. Результаты удивили меня саму, я думала, что я гуманней».

«Я считаю, что применение насилия при раскрытии преступления указывает на лень и отсутствие достаточных навыков, чтобы находить доказательства, а не выбивать признательные показания. Я сам отработал в МВД 10 лет и знаком с системой».

«Я считаю, что применение насилия возможно в крайнем случае и только к преступникам, которые доказано совершили физическое насилие по отношению к другим людям (изнасилование, убийство, педофилия и т.д.), но к людям обвиняемых по преступлениям ненасильственного характера (ограбление, мошенничество, и т.д.), категорически неприемлемо применение насилия».

«Я считаю, что когда есть реальная угроза здоровью и жизни других неповинных людей, то для предотвращения этого применение насилия оправдано (пример — вопрос про участника банды, который не выдаёт опасных сообщников — убийц и насильников на воле). Если реальной угрозы жизни и здоровью других людей нет — то насилие применять нельзя».

«Я считаю, что гос органы должны слово в слово следовать букве закона. Не может быть исключений. Когда появляются "разрешенные" прецеденты нарушений, никто уже не может гарантировать безопасность любого человека».

«Я вас поддерживаю, успехов вам в этом, увы, бесполезном деле».

«Я считаю, что люди, действующие от лица правоохранительных органов, должны действовать в соответствии с законами людей! Ведь даже название организации состоит из этих слов! Чтобы обвинить человека в совершении преступления должны быть неопровержимые доказательства. Только лишь тогда можно сказать, что мы живем в правовом государстве! И спасибо за вашу деятельность!».

«Я очень часто ощущаю атмосферу насилия вокруг себя, в быту, на работе, среди окружающих, в школах. Меня это очень беспокоит, и еще то, что люди, кажется, привыкают и перестают замечать».

«Я благодарен … "Общественному вердикту" и другим правозащитным организациям за вашу работу в это трудное время. Уверен, что будущие историки будут благодарны вам за материалы, которые вы создаёте».

«Я не знаю всех юридических тонкостей и случаев при которых силовикам позволено применять насилие, но то как здесь были описаны ситуации, хотелось ответить на многие пункты, что могут применить силу, хотя я понимаю, что это неправильно и так быть не должно, что это тоже люди… И любой может оказаться на этом месте , но и понимаю проф деформацию работников данной сферы, наверно можно насмотреться такого, что некоторые люди перестают быть людьми … В общем сложные вопросы, на грани».

«Я желаю вам, чтобы организации, подобные вашим, продолжали существовать. Защита прав человека положена каждому человеку. Даже очень плохому, даже если в нем осталось мало человеческого».

«Если разрешить применение пыток в одном случае, значит, оправдать их применение можно будет и в любом другом».

«Нужно говорить с населением, что чтобы не происходило в мире — нельзя множить насилие, привыкать к нему или делать его общественной нормой и как-то оправдывать».

«Думаю, проблема правонарушений не будет решена просто демонизируя полицию. Для полиции установлено достаточно ограничений, а проблема не исполнения законов проблема общероссийская, а не отдельных ведомств».

«Друзья, вам нужно хоть раз побывать с другой стороны забора и побыть в шкуре полицейского, следователя, опера, участкового. И пообщаться с днищем общества. И поработать в условиях российского законодательства. Правозащитники».

«Бесполезно это всё. Превышение полномочий и пытки со стороны правоохранительных органов были, есть и, увы, будут».

«Пытки недопустимы. Самый эффективный способ — сотрудничество с преступником, а не запугивание и насилие».

«Последнее время уже не могу смотреть на новости про пытки и жестокое обращение. Я знаю, что оно существует и погружаться и смотреть на него ощущается ещё более травмирующим опытом, чем уже есть от наблюдения за всем происходящим сейчас и происходившим ранее. Я бы хотела вообще не видеть ничего графического даже отдаленно про это, а оно начинает всплывать в телеграм-каналах и в виде превью каналов на ютубе. И хочется сразу всё заблокировать и никогда больше не смотреть и не читать этот канал».

«Одно дело пара пощечин, другое — отрезание ушей на камеру».

«Применение насилия может быть оправдано в том случае, когда оно является единственным способом предотвратить уже совершающееся более серьезное насилие или насилие над невинным человеком. Все иные случаи являются недопустимыми с точки зрения закона и этики».

«Понимаю, что жестокость недопустима, но так же понимаю, что если в каких-то случаях не надавить, то преступники могут остаться безнаказанными. Сложно определить эту тонкую грань».

«Насилие от органов власти недопустимо ни в какой ситуации, отрезать уши нельзя даже самым страшным преступникам».

«Когда полиция задерживает настоящего ублюдка, эмоционально я даже хочу, чтобы ему как следует наваляли, но разумной своей частью я понимаю, что нельзя этого допускать. Потому что такое всегда заканчивается тем, что полиция начинает избивать всех подряд».

«Как вообще можно задавать такие идиотские вопросы? Никто ни к кому не может применять насилие».

«В целом, думаю, что работа полицейских трудная, в любой стране. Однако, применение насилия и т. п., скорее всего, создаёт дополнительные трудности и проблемы. И лишает их доверия граждан».

«Здравствуйте. У меня есть комментарий про вопрос, может ли группа людей объединятся и привлекать к порядку других. Я живу в поселке, которых много в нашей стране. Участковый один на несколько населенных пунктов. Полиция из близлежащего города тоже не скоро может к нам приехать, так как мы другой район, и им по большому счету до нас дела нет. То есть я не против того чтобы некая группа людей могла объединиться и призывать к правопорядку, но без применения насилия. Вместе с тем у меня самой, на моё "не против" есть много НО. Таких как: на что они будут иметь право, будут ли они где числится в списках, чтобы при каком-то случае выявить, кто из этих товарищей был или мог что-либо сделать, да и вообще, кто их наделит такими полномочиями, и не понесет ли их от своей так сказать, не большой, но власти в неправильное русло. В общем пока писала, поняла, что все-таки это работа полиции. Спасибо».

«Даже сами вопросы вызывают ужас. Пожалуйста, продолжайте вашу работу!».